?

Log in

No account? Create an account
Все наши вехи, на крови и нервах...с.
Журнал для друзей и мастеров
вархаммер 2009. Базовое событие игры. 
21st-Jan-2010 04:04 pm
я дам вам парабеллум
 
Информацию об этом конфликте можно найти и в имперских, и в бретонских источниках, где он называется или "Войной Богара", или "инцидентом при Хельмгарте". И хотя разные тексты освещают вопрос чуть по-разному, ниже следует то, что известно об этих событиях каждому игроку.

За три года до начала нашей истории лорд-выборщик Аверланда Мариус Лейтдорф по кличке "Безумный", известный своим вызывающим поведением и странными манерами, изъявил желание посетить Бретоннию и провести переговоры с королем по поводу поставок бретонских жеребцов для улучшения качества имперской кавалерии – хотя Аверланд славится своими скакунами, они не чета бретонским.

Но по законам Бретоннии ее коней под страхом смерти запрещено иметь всем, кроме рыцарей, не говоря уже о том, чтобы куда-то их экспортировать. Для того, чтобы разъяснить ситуацию, король отправил на встречу с Лейтдорфом Богара Неистового, который приходился братом герцогу Парравона и занимал пост главного конюшего. Сама встреча проходила в замке Монфор, герцог которого был третьим лицом на переговорах, отчасти представляя интерес той части бретонского дворянства, которая заинтересована в дружбе с Империей как союзником против общих, куда более серьезных, врагов и улучшении торговли.

Богар, однако, принадлежал к иной, анти-имперской фракции, так что разговор быстро перетек в то, кто кому и когда наступил на любимую мозоль. В итоге, уже получив отказ в поставке жеребцов, Магнус отпустил такой издевательский комплимент в адрес жены бретонца (действительно, феноменальной уродины), который и без того разозленный Богар счел оскорблением. К тому же была задета святая для бретонского рыцаря Честь Дамы, и парравонец поклялся именем Леди что смоет оскорбление кровью. Смертоубийство здесь и сейчас не случилось только благодаря герцогу де Монфору, который заявил что Лейтдорф, безусловно, неучтив, но негоже нарушать законы гостеприимства. Пусть граф-выборщик немедленно покидает пределы его земель; когда же тот окажется на имперской территории, он может дать сатисфакцию Богару, который вправе призвать с собой всех тех, кого тоже задели эти слова.

В ответ на это Богар, который был в высшей степени достойным и уважаемым рыцарем, кликнул клич, и хотя формально война носила характер личной войны Богара и потому даже не попала в основную хронику событий (в отличие от, скажем, беспорядков в Бордело пару лет спустя), под знамена Неистового встало чуть менее ста рыцарей. те, кто составлял его свиту и просто не мог ослушаться сюзерена; те из вассалов герцога де Монфора, которые относились к анти-имперской партии и/или просто рассчитывали на добычу; многочисленные рыцари-эрранты и просто горячие головы.
Ко второй категории относился, кстати, и Флоран Вилларбуа, который давно лелеял надежду присоединить к своим владениям богатый городок Гензелькирхен, а то и замок Брейнхолл. В свое время он даже женил своего сына на дочери барона от первого брака, но вскоре выяснилось, что Камилла Брейн – отрезанный ломоть и ее просто сбагрили куда подальше. Кроме того, Флоран Вилларбуа был плохим хозяином, и в его правление много беглых крестьян нашли прибежище в Гензелькирхене, где власти барона не было.

Что же до Лейтдорфа, то он немедленно покинул Бретоннию, не обращая внимания на вызовы Богара, который в бешенстве брызгал слюной и требовал поединка один на один: «Увидимся в Хельмгарте, "счастливчик"!».

В итоге, как только стало известно, что Лейтдорф пересек границу, парравонец во главе своих сил погнался за ним, круша все на своем пути. Впрочем, «все», это сильно сказано, так как непосредственно на пути лежала только укрепленная деревенька Гензелькирхен, неспособная оказать сопротивление.
Городок был честно взят на копье и разграблен, причем особенную активность и жестокость проявил ближайший сосед – Флоран Вилларбуа. Он лично убил мэра Поля Кювье (тоже из потомков беглых) и приказал казнить как преступников всех, кто сбежал в ГК пока он был бароном, - включая женщин и детей.
Этот поступок не одобрили даже остальные бретонские рыцари, один из которых, сир Артур Кайяр, даже чуть не вызвал Флорана на поединок. Говорят, что мечи были обнажены, но Богар остановил бой. Флоран заявил, что он в своем праве, и потребовал суда, но Богар и рыцарь Грааля Андре де Лисл, который тоже присутствовал при взятии городка, выступили на стороне Кайяра.
Более того, Богар заявил, что Кайяр, который ранее был безземельным, достоин звания владетельного рыцаря и нарек его сеньором Гензелькирхена и Брейнхолла.
После этого сир Кайяр был отправлен осаждать Брейнхолл, а остальная бретонская армия отправилась прямо на Хельмгарт… где и полегла.
Лейтдорф насмешливо заявил со стены, что ниже его достоинства тратить свое фехтовальное мастерство на тупиц, не понимающих искусства пикировки словами, и если музы молчат, пусть же заговорят пушки! Рыцарская атака была рассеяна картечью, сам Богар был убит прямым попаданием ядра, и слухи говорят, что Флоран Вилларбуа, который скакал с ним рядом, мог вынести раненого, пока тот был еще жив, но струсил. Тело Флорана также было найдено с несколькими пулями в спине. Из-за этого его заподозрили в трусости, и потому владение Виларбуа было передано не его сыну, а его младшему брату Артуру, которого сир Андре де Лисл, Рыцарь Грааля, провозгласивший это решение Леди Озера, знал как благородного и добродетельного рыцаря.
Многие доблестные герои-рыцари остались на поле брани, а некоторых и не нашли. Так пропал со всем своим отрядом старый сир Кристоф де Сетье.
Имперская армия выступила на защиту Брейнхолла, но когда войска достигли замка, выяснилось, что лорд Говард Брейн и сир Кайяр уже решили не проливать попусту крови и подписали договор, по итогам которого Гензелькирхен и был поделен на две части. Правда, на данный момент договор признают не все – не те и не тогда должны были обсуждать условия мира.
Да, в иной ситуации конфликт мог перерасти в войну между монархами. Герцогу Монфора пришлось применить все таланты политика и свою репутацию доброжелателя и друга империи, чтобы исчерпать досадный инцидент, и у него это получилось. Все было списано на гнев парравонца (сами понимаете, клятву именем Леди надо держать…) , и между двумя странами снова воцарился бдительный мир.
Худой мир… но он всяко лучше доброй ссоры.
А Мариус Лейтдорф после этого, как говорят, получил опалу при дворе императора Карла-Франца и поклялся больше никогда не иметь дел с бретонцами, ибо схлопотал выговор на императорском приёме и высочайшее требование заняться усиленным искоренением культизма Хаоса в своей провинции Аверланд и надзором за южными границами Сильвании, где опять появилась нежить.
This page was loaded May 24th 2019, 1:06 pm GMT.